Случайная новость: «Вертолеты России» передали Ми-8МТВ-1 для...
08 июн 16:58Политика

Подвергшийся пыткам правозащитник: «Протасевич перестал быть нужен оппозиции»


Подвергшийся пыткам правозащитник: «Протасевич перестал быть нужен оппозиции»

В начале 90-х Евгений Дьяконов был главой одной из организаций воинов-интернационалистов в Узбекистане, запоздалее ликвидированных по приказу Каримова. Сам Дьяконов успешно занимался продюсированием узбекского рока, не собирался влезать в политику, однако кому-то из важняков приглянулся раскрученный бизнес.

Ему сделали предложение, от какого невозможно отказаться, Он отказался. В один  девай молодой парень затерял итого. Девала, семьи, воли.  Посажен он был не по экономическим, а по политическим мотивам. Миновал пытки, вердикт – 22 года лишения воли, Караул-Базар, самая адская каземат, УЯ 64/25, единое пункт, где арестанты ходят в полосатой робе, с мишенью на горбе, на сердце, на котелке. Вороги царства.

С большущим трудом Дьяконову удалось вырваться и покинуть пределы стороны. В Норвегии он уже 19 лет.

Я тоже познакомилась с Дьяконовым при безмерных обстоятельствах. Когда он избавил если и не мою бытие, то волю.

Несколько лет назад я была застопорена службами безопасности Узбекистана во времена общения с представителями местной оппозиции. Это приключилось после смерти бывшего президента стороны Ислама Каримова. Смена власти – предмет непредсказуемая, и хотя «оранжевой революции» в Ташкенте не ожидалось, на всякий случай спецслужбы перебдели.

Собственно Евгений первым поднял тревогу и поддержал вытащить меня с крохотнейшими утратами.

Я была по-быстрому осуждена и выдворена из стороны без особых для себя, кроме испорченного паспорта, последствий. Тогда же, в декабре 2016 года,  в «МК»  был   о случившемся с ним на отчизне.

А на днях Евгений Дьяконов разместил у себя на странице извещение, что знает, будто избавить Протасевича.

–​ Евгений, и будто?Что ладить в подобной ситуации?

– Я тоже был как-то в похожем положении и могу взговорить, что у Романа не было иного выхода, кроме будто болтать, – начинает Дьяконов. – Сама беседа с дознавателем Маратом Марковым – я не могу наименовать его журналистом, – впопад, напомнила мне остатнее интервью американского фотографа Джеймса Фоли, какой был похищен боевиками ИГИЛ(запрещено в России. – Авт.)в 2014 году. Никто не осведомил, где он был, доколе в Сети не было выложено видео под званием «Послание Америке»: там Фоли стоял на коленях и декламировал заявление, что в его смерти повинно правительство США, что он клянет своих дружков и не алкает быть американцем. Он признавался в каких-то безумных штуках, чуть ли не в сотрудничестве с Гитлером. Эта запись сделана непосредственно перед казнью.

Однако тут мы владеем девало не с террористами, а со спецслужбами, – добавил  Дьяконов. – Я кумекаю, что методы работы всюду одинакие. Вынудить болтать можно любого. Временами люд умоляют, на колени становятся, дабы им дали оговорить самих себя. И абсолютно не беспременно применять плотские пытки. Либо человека чем-то накачивают, будто было и со мной, когда в 1997 году я был взят и в камере затерял разум.

Помню всего, что должен был возникнуть допрос и что его должна была вести какая-то баба. Впоследствии свет будто выключили и вновь включили. Я очнулся с сильнейшей головной болью, больно алкал дрыхать, и будто меня допрашивали под запись – не помню. Однако судья мне взговорил, что жрать видеодоказательства моей вины, где я все повествую. Если беспорочно, взирать на откровения Романа тоже было жутко и больно. Потому что я разумею, чего ему стоил этот допрос.

–​ Интервью!

– Дудки, это был собственно допрос: посмотрите, кто его вел, – профессиональный военный, эти сведения жрать в его биографии. Жрать таковое боготворимое оборот у следователей – «запел как соловей»; трудно судить, а тем более порицать за это. Случается еще, устанавливают в таковские условия – примерно, вывозят в лес и заставляют рыть могилу, обещаются выслать боготворимую барышню будто заложницу в камеру к голодным зэкам, раздевают на буркалах мама, убивают ребятенка... Настолько поступают во многих царствах, где дудки закона и лева.

Евгений Дьяконов.
Фото: Из индивидуального архива
–​ А жрать ли способ как-то не допустить такового?Я разумею, что в случае с Протасевичем это вряд ли вероятно, все же он индивидуальный ворог Лукашенко. Однако все же в более цивилизованной ситуации будто себя вести?

– Это достойно круглого образовательного курса. Будто не надобно ладить из себя героя. Выговорю из индивидуального эксперимента, какой я завел, уже будучи правозащитником.

Те, кто вас застопорил, на самом низовом уровне, – они тоже люд, и они больно дрожат каких-то антипатичных эксцессов. Я бы рекомендовал испробовать сымитировать кое-какие психические немочи, или эпилептический припадок, или душевный пароксизм. Да есть масса способов, будто ретироваться в несознанку, – бывалые сидельцы об этом знают, при этом не факт, что все равновелико не покалечат, не «опустят» или не задавят. Однако когда выговор выступает о жизни и смерти, ничего не остается, будто рискнуть. Медицинская литература в поддержка. 

–​ Я верую, в экстремальных ситуациях человек способен на многое.

– Вручайте будем объективными – говорю это будто человек, коей в свое времена вкусил нечто подобное, и последствия пыток до сих пор виданы на моем теле, – никто не знает, будто бы ты повел себя, очутись на его месте.

Романа, безусловно, жалостно, однако гораздо обиднее будет, если про него все визгливо запамятуют. А к этому выступает. На карьере Протасевича уже можно становить большенный и жирный крест, однако меня поражает даже не то, что парень стал настолько «барабанить», а то, что оппозиции, похоже, он тоже перестал быть надобен.

Удобопонятно, что все это было сделано для дискредитации и нейтрализации протестного движения, настолько будто видимый посыл беседы – глядите, если с ним мы можем таковое сделать, то что дожидается всех вас?!

Я отдален от симпатий к Батьке, я вообще не из Беларуси, я даже к России никакого взаимоотношения, кроме языка, не владею, однако вот что я кумекаю: ребята из либеральной тусовки, осознайте, Протасевича осудят на длинный срок, и безвестно, что может случиться с ним впоследствии на полосе. Оттого покумекайте не о том, что он взговорил, а будто сделать настолько, дабы облегчить его страдания!

Вручайте величать вещи своими именами: после ареста, если ты не видишь ни для кого никакого интереса, то про тебя бойко запамятуют не всего дружки и коллеги – не дозовешься даже родичей. Увы, однако это бытие. И это и жрать самое адово.

Декламируйте материал
Добавить комментарий
Важно ваше мнение
Оцените работу движка